Часть 8. Лутепяа, саатсетский сапожок, Псков

Просыпаться отчаянно не хотелось. *) Встали где-то около одиннадцати и, неспешно собравшись, попилили в сторону Värska.

Под Värska нас начал догонять дождь; солидная такая туча шла параллельно нам к русской границе. Временами накрапывало, но несильно, даже лень было натягивать дождевой чехол на велоштаны. Пока было сухо, месье Горч отыскал в поселении православную церковь и заценил; как известно, в этом уголке Эстонии традиционно сильно русское православие. Это связано с тем, что сюда, в Setomaa, в своё время уходили из псковских деревень староверы. Тем временем дождь начал лить уже во всю силу, и мы решили переждать его на крыльце магазина, под крышей. Сильный ветер довольно быстро угнал тучи в Россию, и мы поехали дальше, в направлении забавно, совсем по-русски называющейся деревни Verhulitsa. *)

Маршрут я проложил по одному из интереснейших мест Эстонии, уникальному постсоветскому артефакту — т.н. “саатсетскому сапожку”. Дело в том, что в своё время, когда Эстония и Россия были союзными республиками, дорогу между деревнями проложили, не обращая внимание на границы. Дорога идёт по Эстонии, потом 500м по России, снова по Эстонии (деревня Lutepää) и опять по России, около 1500м. Потом линия границы ещё раз уходит восточнее и дорога снова на территории Эстонии. Власти России и Эстонии потихоньку ведут переговоры относительно этого участка, и скоро должны прийти к соглашению, по которому два участка России на этой дороге перейдут во власть Эстонии, а России будет передан приграничный участок леса южнее.

На всём протяжении “сапожка” запрещено передвижение пешеходов и остановка автомобилей, висят соответствующие знаки. Соответственно, жители деревень, находящихся в “сапожке”, существенно ограничены в перемещении.

К счастью, проезд на велосипедах ничем не регулируется, а ещё между деревнями и “большой Эстонией” ходят автобусы.

Кстати, о местных жителях: это не совсем эстонцы, а сету; разница между ними довольно существенна. Говорят сету на юго-восточном диалекте, который весьма отличается от обычного эстонского (есть даже специальный словарь — можно посмотреть, насколько сильно отличаются слова). Кстати, интересно то, что в нём есть отсутствующая в литературном эстонском гармония гласных. Живут тоже по-другому. Деревни Эстонии показались мне сильно обедневшими финскими деревнями: люди так же живут хуторами, хозяйственные постройки довольно сильно разнесены в пространстве. Деревни сету наоборот, гораздо больше похожи на обычные русские: рядом расположенные дома организуются в улицы.

Проезжали сапожок мы не спеша. Довольно забавно ехать, когда слева и справа от тебя — заборы и Россия, а тут, под колёсами — грунт и Эстония.

Деревня Lutepää встретила автобусной остановкой, внутри которой на подоконнике стояла небольшая сетуская деревянная национальная статуйка, а рядом, у дороги, был вырыт небольшой пруд, в котором плавал пластмассовый лебедь. *) Рядом с прудом установлен камень с вырезанной надписью: “Lutepää 1652″.

Следующая деревня — Sesniki, грунт сменяется асфальтом, правда, только на протяжении деревни. *)

Итак, “сапожок” мы проехали, теперь пора возвращаться в Россию. Ближайший погранпереход — Saatse/Крупп. На карте он обозначен не как международный п/п, а как некий локальный. Были мысли — пустят ли нас через него на родину? Ведь есть переходы, через которые можно ходить только местным жителям. На Куничину гору ехать — крюка давать, неохота... Поехали в Саатсе.

Переход представляет собой пару домиков — один с эстонской стороны, другой — с русской. Сетка-рабица да неказистые ворота. Светофор горел красный, всё время, что мы стояли перед воротами. Стояли минут десять. Думаем — не пускают эстонцы, ёлки-палки, а до закрытия перехода уже осталось минут двадцать... Потом я плюнул на формальности (финны тоже для велосипедистов-одиночек зелёный не зажигают на границе) и поехал к домику. И правильно сделал — нас без проблем выпустили из Эстонии, поставили выездной штампик Saatse и пустили дальше через узенькую калиточку. Русский погранец поставил въездной штамп и ответил на вопрос — можно ли пользоваться этим переходом в обе стороны не местным жителям. Оказалось — да, можно, просто разница между этим и международным пунктом пропуска в том, что через международный может проехать и финн, и немец, и француз, а через немеждународный — только житель одной из стран, между которыми переход. То есть в данном случае — эстонец или русский.

Псковская область встретила неожиданно неплохим асфальтом. Однако вполне возможно, что асфальт тут не убит просто по причине малой нагруженности дороги автотранспортом. Фуры не ходят, короче.

До Пскова доехали без особых проблем, акклиматизироваться пришлось уже на трассе М20, по которой мы ехали последние пару километров до города. Водилы тупо сигналили, объезжали впритирку, в общем — разительное отличие от того, к чему мы уже так привыкли за неделю в Европе. Ехали, кстати, всё время мимо дождей — рядом шастали здоровенные тучи, чоррные, злые, да не поодиночке — но именно рядом. Во Пскове до нашего въезда шёл, видимо, дождь; улицы были мокры.

Немного пошлялись по городу и стали выезжать на ночёвку. Хотелось встать недалеко от города, чтобы утром быстренько собраться и успеть на поезд Псков-Новгород. Заодно хотелось осмотреть памятник Ледовому побоищу, установленный недалеко от берегов Псковского озера, на отвороте дороги на Гдов. Поискав недалеко от памятника (который местные, кстати, используют, похоже, как некую площадку для вечернего бухалова и гулянок), удалось найти приемлемое место под деревней Писковичи. Вроехали в тот день мы 116 км. Перед сном шутили: “палатка с видом на монумент” — из окна на самом деле был виден памятник побоищу. *)

Утром быстренько собрались и осмотрели монумент. Впечатляюще. Лица, стать воинов наполняют сердце гордостью и уважением. Поистине мастерски выполненная работа. Монумент однозначно стоит того, чтобы его посетить; даже не один раз. Рекомендую также пост жж-юзера renatar с очень подробным описанием памятника и массой хороших фотографий.